Книги по тегу «общий ребенок»
Она: Демид Сафаров бросил меня, растоптал. Он никогда не узнает о дочери.
Он: я любил ее, а она предала. Что? Еще и родила дочь от меня?
Лиза распласталась на столе. А между ног официантки стоял мой муж, спустив брюки. По их взмокшим лицам и отрешенным взглядам стало понятно, что я зашла в самый важный момент. А мой муж смотрел на меня и продолжал двигаться в теле своей любовницы. Наконец, до него дошел смысл происходящего. Паша остановился и тут же принялся натягивать брюки. - Настя? Ты же должна быть на дне рождения сына. Какую глупость говорят мужчины в таких случаях. Я переводила в оцепенении взгляд с него на Лизу....
— Когда ты собиралась рассказать мне правду? — Игорь, похоже, готовился ее убить. Морозил и уничтожал взглядом. — Никогда. — Он мог морозить кого угодно. Кристине было плевать. — Ты попросила вернуть ребенка, но даже не сказала, что это мой сын! — Ты от него отказался еще тогда. Какая теперь уже разница? — А если сейчас откажусь? Что будешь делать? - Лицо Залесского окаменело. Скулы заострились, губы сжались в тонкую нить. — Ничего. Без тебя справлюсь. *** Когда-то она готова была...
Крупная авария, десяток пострадавших и маленькая испуганная девочка, сидящая в безлюдном коридоре больницы. — Привет, — я подошел к малышке и опустился перед ней на корточки. Малышка подняла голову и посмотрела на меня пронзительно синими глазами, такими же, как у единственной женщины, которую я любил в своей жизни. — Дядя доктор, спаси мою маму, — глаза крошки наполнились слезами и крупные капли покатились по щечкам, — п-пожалуйста, — срывающимся голоском прошептала она и тыльной стороной...
— Почему ты не сказала мне о сыне? — грубо бросает Дамир. — Давай начистоту? Ты бы не обрадовался этой новости после всего, что между нами случилось, — стараюсь говорить спокойно, хотя голос предательски дрожит. — Моему сыну почти десять, а я узнаю о нём только сейчас! — срывается он. — Ты обязана была сказать, как бы мы ни расстались. Я имел право знать! — Имел право? — в уголках губ появляется нервная улыбка. — Ты просто воспользовался мной. Тебе было скучно, и ты решил переспать с подругой...
— Покажи мне ее свидетельство о рождении, - говорит Артём, разглядывая фото моей дочери.
— Если я откажусь? - спрашиваю нервно.
— Зачем тебе скрывать его, если я не ее отец? В противном случае - суд.
— Когда ты успел стать таким?! - замираю, натолкнувшись на злое выражение его лица.
— Когда? Примерно тогда же, когда ты, без объяснения причин исчезла из моей жизни.
Я почти смирилась с тем, что эфир подходит к концу без потрясений. Осталась пара минут. Вдруг на пульте загорается ещё одна лампочка. Всегда находится тот, кто тянет до последнего. — Здравствуйте… — раздаётся наконец голос. Сердце, привыкшее к чужим историям боли, ёкает. Есть в этом голосе что-то знакомое. Меня словно пронзает молния. Я не дышу. — Говорите, — выдавливаю из себя, и собственный голос кажется чужим, доносящимся из-за спины. — Я… я не знаю, зачем звоню, — говорит он, и каждый...
—Я ухожу. —Куда? У нас же семья… Он усмехнулся. —Семья? Нет, Олесь. Семья—это когда домой хочется возвращаться. А я еле ноги сюда тащу. Меня пробило холодом, руки затряслись. —Что я сделала не так? Он посмотрел безразлично, с жалостью даже. Будто я какая-то грязь, прилипшая к ботинку. —Ты клуша. Понимаешь? Клуша домашняя. Вечно в халате, с мешками под глазами. Борщом от тебя несёт и тоской. Я устал. —Но я же…я…—голос сорвался, в груди сжало. —Ты—никакая, Олесь. И рядом с тобой я тоже...
— Развод? Из-за этого? — муж пренебрежительно обводит руками кабинет, из которого до сих пор не выветрился запах его измены. — Не делай из этого такую драму, дорогая. Все так живут. — Значит, мы — не все. Потому что мы не будем так жить. Я хочу развод. — Только через мой труп, Таисия, — криво усмехается он. — Или скорее через твой. В моей карьере статус вдовца гораздо предпочтительнее, чем развод. *** Два года назад я была уверена, что эти жестокие слова так и останутся последним, что я...
Год назад её сердце было разбито вдребезги. Мэди покинула замок, оставив позади любовь, боль и прощание, которого так и не случилось.Она уехала, проклиная судьбу, не подозревая,что беременна от него.Целый год она хранила эту тайну, растила сына вдали от того, кто был её миром. Она думала, что больше никогда его не увидит, что чувства угасли, но их встреча оказалась неизбежной и жестокой.Теперь Хьюго стоит перед ней, его взгляд полон ярости и обвинения. В его руках — свёрток, в котором спит их...
— Не знал, что у тебя есть дочь, Стрельцова! “А я не знала, что у тебя уже была жена… на тот момент, когда мы эту дочь делали. И кстати, у нее есть брат-близнец. Но об этом тебе тоже лучше не знать.” — Неудивительно, Артур Аркадьевич, как никак, мы с вами шесть лет не виделись. — Признавайся, считала дни, Наденька? — Вот еще! — громко фыркаю. Не объяснять же ему, что срок легко высчитать по возрасту наших детей. *** Я была влюблена в него с первого рабочего дня, но мне всегда казалось, что...
– Твой сын? – кивает Никита на Борьку. – Классный пацан. И твой тоже. Но… – Я на твою могилу цветы три года носила. Так что для меня ты умер. Даже имя твое воскрешать не хочу. – А ты для меня умерла пять лет назад, когда предала. – Предала? Я. Тебя. Предала? Как, интересно? – Мы оба знаем, как. – Я наверное тебя беременная под капельницей предавала, когда лежала с угрозой выкидыша, потому что тебе важней была твоя служба? – Нет, Кира, дело не в службе, предавала раньше, когда изменяла...
— Мамочка! — дочка обняла меня. — Даша с папой в кабинете. Они там важные дела решают. — Какие дела, солнышко? — Ну, папа сказал, что Даша нашкодила, — Соня пожала плечами, как будто это объясняло все на свете. — И ее надо наказать. Он сказал, чтобы я тут посидела, пока они разберутся. Мам, а мы сегодня будем лепить из пластилина? — Посиди пока тут, хорошо? Мама сейчас вернется. *** Вадим никогда не разговаривал с персоналом сам, тем более с няней дочери, это всегда была моя территория. Я...
— Когда роды? — спрашивает подруга. — Через неделю, — я ощупываю огромный живот, ощущая, как пинается сын. — А я твоего бывшего мужа видела… — Не хочу о нем. Между нами все кончено. Мы развелись девять месяцев назад. Подруга хмурится: — Его новая невеста, говорят, беременна. А ты уверена, что твой ребенок не от него? Что разводилась уже беременной, я никому не сказала. Папы у нас не будет. Мы от него прячемся. Не хочу, чтобы он забрал нашего сына. — Кира, ты же знаешь, что ребенка...
Моя жизнь разделилась на «до» и «после» 16 лет назад. Молодая, неопытная и наивная – я полюбила и поверила не тому человеку. Отдала свое сердце, душу, жизнь. Нарисовала в своей голове счастливое будущее и окончательно растеряла свои мозги. Я наивно верила, что ОН любит меня, всегда будет рядом и никогда не предаст. Ошибалась. Меня предали. Растоптали. Уничтожили. Выбросили на обочину жизни, как ненужный мусор. Убили. Думали, что убили. Но я выжила, выкарабкалась и… изменилась. А спустя...
- Твои дети? - спрашивает бывший, кивая на коляску. - Ты родила? - Тебя это не касается, - я стараюсь прикрыть детей. - Моя личная жизнь... - Касается. Мы ведь все ещё не развелись, дорогая. А если это окажутся мои дети... Никакого развода ты не получишь. Захочешь спорить - я просто заберу у тебя детей. *** Я любила мужа всем сердцем. Пока он не привел домой свою любовницу! Я ушла, спрятав под сердцем главный секрет. Двух малышей, о которых Алиев не должен был узнать.... *** # властный и...
Пять лет назад авария разрушила мою жизнь. Любимый муж стал бывшим, не приходя в сознание, а над нашим ещё не родившимся ребенком нависла угроза. Мне пришлось сбежать, исчезнуть, скрыться от этой семьи. Мужа я вычеркнула из своей своей жизни, чтобы спасти сына, но сегодня мы встретились. И мой сын так похож на своего отца…
— Так ты меня узнал? — с облегчением выдыхаю. Вчера, когда нам представили нового босса, я была уверена, что он не вспомнил ни меня, ни ту ночь, что мы провели вместе почти семь лет назад. Что ж, в таком случае, рассказать ему, что у той ночи есть последствия, будет гораздо легче. — Узнал, — цедит он холодно. — Сколько ты хочешь за молчание? — Прости, что? — шокировано охаю. — Сколько ты хочешь, чтобы мы забыли об этом нелепом недоразумении? И, кстати, я надеюсь, ты понимаешь, что вместе мы...
— ОВЭЦ, — недоуменно произносит босс. — Что? Мой сын стоит рядом с его машиной и старательно водит пальцем по пыли, перемешанной с мокрым снегом. — А нечего было нашу маму овцой называть! Сам ты… овэц! — Во-первых, не овэц, а баран, — поправляю и тут же натыкаюсь на возмущенный взгляд босса. —А во-вторых, никто не называл меня овцой, ты что? — А вот и называл! — грозно топает ногой и обвинительно машет пальцем в сторону мужчины. — Он по телефону сказал, что его машину какая-то овца задела! ...
– За то, что скрыла от меня ребёнка, ты будешь наказана, – бывший муж так больно сжимает мою руку, что я едва могу дышать. – Прекрати, Матвей. Да, я совершила ошибку. Но ты сможешь видеться с сыном, – проглатываю боль, мечтая лишь о том моменте, когда получится сбежать от него. – Конечно смогу, ведь он будет жить со мной и моей новой женой, – наклоняясь ниже, выносит свой приговор. – Что? Бывший холодно и зло ухмыляется. – Но, если захочешь, можешь жить с нами. Как няня для своего сына. Это...
– Марат, мы разводимся. Я не смогу тебя простить. Впрочем, ты не просил извинений. Но я так не могу, – выдаю на одном дыхании.
И надо было бы бросить трубку. Но я не решаюсь. Почему-то хочу услышать, что он мне ответит.
– Можешь даже не мечтать, Вика.
– Не нужно больше грозить адом. Я и так в аду.
– Посмотрим.
И муж исполнил обещанное.
После развода он оставил меня одну на улице. С ребенком на руках, о котором он ничего не знает.
— Уезжай, — говорит он жестким тоном. — Из этого района, а лучше из города. Или вообще из страны. Сделай, как я сказал — и с тобой ничего не случится. От его слов становится страшно. — Паша… это… это шутка? — мой голос дрожит. Островский качает головой: — Мне пора. Приятно было повидаться. — Что? Повидаться? Внутри вспыхивает внезапная злость. Я вскакиваю. Бегу за ним в коридор. — Островский! Объяснись! Что ты наделал? Куда ты меня втянул? Но он уходит, оставляя меня одну. *** Восемь...
– Подождите! Пожалуйста, стойте! – отважный секретарь раскидывает в сторону руки и чуть ли не грудью бросается на дверь кабинета нашей начальницы. – Вам туда нельзя! Не сейчас! Не сегодня! Но дикую фурию в моем лице не остановит теперь ничего. Сдуваю челку с лица и разминаю костяшки. Девица отступает. А я со всей силы дергаю дверь на себя. По ту сторону слышу голос начальницы. А уже через миг застываю. Нет. Я до последнего в это не верила. Но свои глаза не обманешь. Над Ниной Ивановной,...
– Я имею право знать о сыне!
– Это не твой ребенок, – качаю головой, пятясь от него.
– Я требую тест ДНК, – рычит он, наступая на меня.
– Ты не можешь ничего требовать, Зураб! Ты нам никто! И никогда больше к нам не приближайся!
***
Тот, кто разрушил мою жизнь и предал меня, снова ворвался в неё без разрешения…
***
Начало истории в книге «Я тебя отвоюю»